Но в том же 1935 году на международную организацию стали падать зловещие тени.

Генеральная Ассамблея Комиссии в том году была проведена в Копенгагене. Делегатом от Германии был генерал Дальег, молодой, высокомерный нацист, чьей единственной квалификацией для того, чтобы возглавить криминальную полицию своей страны было, - как он со смехом объявлял, - пребывание почти в каждой камере Моабита, берлинской тюрьмы, в период Веймарской республики.

Генеральная Ассамблея 1935 года была описана Гарри Содерманом, который был делегатом от Швеции, в своей автобиографии. Содерман вспоминает, что Дальег был физически огромен и носил легкую зеленую форму полицейского генерала. Его вклады в слушания, кажется, заключались в гонках вокруг Копенгагена в спортивном двухсотсильном "Мерседесе" и состязаниях с Содерманом на алкогольном поприще.

На последующих совещаниях Дальег более не появлялся. Место делегата от Германии занимал сначала Артур Небе, шеф Криминальной полиции Германии, затем Карл Зиндель.

Содерман характеризует их обоих как хороших профессиональных полицейских и "очень умеренных нацистов", скорее всего из числа тех, кто принял такую политическую ориентацию под влиянием времени. Не исключено, что характеристики не слишком далеки от истины.

Небе, глава немецкого уголовного розыска, впоследствии был казнен за участия в заговоре с целью убийства Адольфа Гитлера.

Зинделю оказалась предназначенной особая роль в возрождении МККП после падения Третьего Рейха.

Нет ясных, документированных указаний на то, что их деятельность в "коричневые" годы откровенно шла в преступном русле, нет даже сведений об угодливости в Дресслеровском духе. 5

Ежегодные встречи с 1935 до начала Второй Мировой Войны отмечены были все более и более серьезным напряжением, вне всякого сомнения связанным с немецким (читай - нацистским) присутствием в организации в целом. Напряжение возрастало из года в год, пока не достигло размеров кризиса в 1938.